Оценка
[Всего: 1 Средняя: 5]

Безмолвный свидетель

  • Эркюль Пуаро, #16
Безмолвный свидетель

Хозяйка «Литлгрин Хаус»

 Хозяйка «Литлгрин Хаус» мисс Арунделл умерла первого мая. Сама смерть в маленьком городке Маркет Бейсинг, где она жила с шестнадцатилетнего возраста, особенно никого не удивила. Эмили Арунделл отличалась слабым здоровьем, хотя, к слову сказать, пережила всех членов семьи, некогда состоявшей из пяти человек. Переход в мир иной этой женщины будто бы никого и не поразил, но в событиях вокруг него было что-то странное. Особенно много разговоров вызвало завещание покойной. Каждый имел свое мнение на этот счет.

 Дело в том, что незадолго до смерти, двадцать первого апреля, мисс Арунделл взамен прежнего составила новое завещание, по которому все ее имущество переходило мисс Лоусон. Это известие породило невероятные предположения, доставив удовольствие сплетникам, и всколыхнуло монотонность жизни в Маркет Бейсинге.

 Мисс Вильгельмина Лоусон, подруга и компаньонка умершей, заявила, что была буквально ошарашена, когда узнала о завещании.

 Многие, однако, не поверили. Хотя всем было известно, что все дела мисс Арунделл решала только сама, не объясняя даже юристу мотивов своих действий. Будучи властной и порой даже нетерпимой, она отличалась высокой требовательностью к людям, сурово осуждая за проступки, казавшиеся ей недостойными. Не делала исключений и для родственников, которых, однако, очень любила.

 …В пятницу, перед Пасхой, Эмили давала разные указания мисс Лоусон. Когда-то очень хорошенькая, мисс Арунделл теперь выглядела прилично сохранившейся красивой старой леди. Она стояла посреди холла, величественная, с прямой спиной, и неторопливо рассуждала:

 — Ну что ж, Минни, где мы их всех разместим?

 — Думаю, так будет хорошо: мистер и миссис Таниос в комнате, отделанной под дуб, Тереза в голубой, а мистер Чарльз в старой детской.

 Но мисс Арунделл прервала:

 — Наоборот, Терезу — в старую детскую, а Чарльза — в голубую.

 — Жаль, дорогая, что не будет детей, — проговорила мисс Лоусон. Она обожала малышей, хотя совершенно не умела с ними обращаться.

 — Четверо — больше чем достаточно, тем более что Бэлла ужасно избаловала своих отпрысков.

 — Миссис Таниос — очень преданная мать, — восхитилась Минни.

 — Бэлла — хорошая женщина, — одобрительно заключила хозяйка.

 Мисс Лоусон сочувственно вздохнула:

 — Должно быть, трудно ей бывает жить так далеко от родины, в чужой стране.

 — Никто в этом не виноват, она сама выбрала себе мужа и судьбу, теперь пусть терпит. Да, а где собака? Боб!

 Жесткошерстный терьер примчался на зов и стал прыгать вокруг хозяйки, громко лая в ожидании прогулки. Спустя несколько минут они вместе вышли из дому, направляясь по тропинке к калитке. Минни вернулась к своим обязанностям.

 Мисс Арунделл, сопровождаемая Бобом, шествовала по главной улице Маркет Бейсинга. Прогулка доставляла удовольствие обоим. В каждом магазине, куда она входила, хозяева спешили навстречу: мисс Арунделл из «Литлгрин Хаус» была давней и постоянной покупательницей и выгодно отличалась от современных дам.

 — Доброе утро, мисс. Что бы вам такого предложить? Ничего? Как жаль…

 Боб и собака мясника Спот тоже были давние знакомцы. Спот — сильная собака, но беспородная — хорошо понимал, что нельзя вступать в драку с собаками покупателей. Боб же, добродушный пес, ценил хорошее к себе отношение.

 Мисс Арунделл резко окликнула собаку, и они ушли.

 В зеленной лавке она встретилась с мисс Каролиной Пибоди, почтенной леди, также давней жительницей городка.

 — Доброе утро, Эмили.

 — Здравствуйте, Каролина.

 — Ожидаете своих молодых в гости? — спросила Каролина Пибоди.

 — Да, будут все — Тереза, Чарльз и Бэлла.

 — Бэлла вернулась вместе с мужем, не так ли?

 — Да.

 Они перебросились еще несколькими фразами, смысл которых, однако, был не совсем ясен постороннему. Племянница Эмили — Бэлла вышла замуж за грека, и все родственники дружно не одобряли брак с иностранцем, хотя и не обсуждали этот вопрос открыто. Зная это, мисс Пибоди сочла нужным заметить:

 — Муж Беллы умница и с прекрасными манерами.

 — Манеры его действительно великолепны, — согласилась мисс Арунделл.

 Выходя на улицу, мисс Пибоди поинтересовалась, помолвлена ли Тереза с молодым врачом Дональдсоном.

 — Молодежь такая странная в наше время. — Голос мисс Арунделл звучал осуждающе. — Боюсь, что помолвка задержится: у юноши ведь нет денег.

 — Но у Терезы есть свои доходы.

 — Мужчина не должен жить на средства жены, — убежденно ответила Эмили.

 Мисс Пибоди усмехнулась недоверчиво:

 — Теперь они не обращают внимания на такое, мы с вами просто старомодны, Эмили. Важнее — что он из себя представляет.

 — Он — знающий врач, я думаю. Прощаясь, мисс Пибоди произнесла:

 — Пошлите ко мне вашего племянника Чарльза, если он приедет.

 — Конечно, я скажу ему.

 Дамы расстались. Они знали друг друга больше пятидесяти лет. Мисс Пибоди было известно о печальных ошибках в жизни генерала Арунделла, отца Эмили. Она помнила, как шокированы были сестры Арунделл женитьбой их брата Томаса. А сколько неприятностей было связано с младшим поколением семьи! Но между двумя пожилыми дамами об этом никогда не было сказано ни слова. Они были приверженцами традиций и семейной чести. Мисс Арунделл направилась домой. Боб следовал за ней. Эмили Арунделл думала о своих гостях. Проблемы и заботы семьи, особенно младшего поколения, занимали ее постоянно.

 Тереза, например, вышла из-под ее контроля, с тех пор как получила в двадцать один год собственные деньги. Девушка вступила в передовую молодежную организацию Лондона, которая собиралась на своеобразные вечера, иногда заканчивающиеся в полицейском участке. Эмили считала, что увлечение политикой недопустимо для девушки. Она вообще многое не одобряла в жизни Терезы. А что касается помолвки, то здесь чувства старой леди были весьма неопределенны. С одной стороны, она не считала выскочку доктора достаточно хорошей партией для Арунделлов. С другой — сознавала, что Тереза совсем неподходящая жена для безвестного деревенского врача.

 Дальше мысли Эмили без усилий сосредоточились на Бэлле. Необходимо переговорить с ней. Преданная жена и мать, женщина образцового поведения, она порой наводит тоску. И к тому же ее муж, этот иностранец. Грек! В представлении мисс Арунделл грек, аргентинец или турок — все едино. И хотя доктор Таниос, как уже говорилось, имел прекрасные манеры и был отличным специалистом, старая леди не могла до конца примириться с этим браком. Она не доверяла привлекательности и умению легко произносить комплименты. К тому же дети очень похожи на отца, в них нет ничего английского…

 А еще Чарльз… Да, Чарльз… Бесполезно закрывать глаза на факты. Чарльз хорош, конечно, но ему нельзя, нельзя верить. Эмили вздохнула и неожиданно почувствовала себя очень усталой и очень старой. И мысли переметнулись к завещанию, составленному ею несколько лет назад.

 Одарить слуг — долг милосердия. Но главная забота — разделить накопленное поровну между тремя ближайшими родственниками. То ей думалось, что она сделала все правильно, то вдруг приходило в голову, что Бэлла не должна получить равную со всеми долю из-за мужа. И она решила обратиться к своему поверенному — юристу мистеру Пурвису.

 Эмили подошла к калитке своего дома. Чарльз и Тереза Арунделлы приехали на автомашине, а Таниосы — поездом. Брат и сестра явились первыми. Чарльз, высокий, привлекательный, в своей слегка иронической манере обратился к ней:

 — Здравствуйте, тетя Эмили, ну просто девочка, выглядите великолепно, — и поцеловал ее.

 Тереза равнодушно прижалась розовой щечкой к морщинистой щеке тетки:

 — Как поживаете, дорогая?

 Внешность племянницы не понравилась Эмили: ранние морщинки на лице не скрывал даже толстый слой грима. В гостиной все уселись пить чай. Бэлла Таниос, в модной шляпке, нелепо и криво сидящей на голове, уставилась на туалет кузины Терезы, стараясь запомнить фасон. Она стремилась быть модной и элегантной, но отсутствие вкуса было ей плохим помощником в этом. Зато Тереза всегда выглядела изысканно, к тому же и фигура у нее великолепная.

 Доктор Таниос, большой бородатый и всегда веселый мужчина, заговорил с хозяйкой. Приятный басок гостя независимо от желания располагал к нему.

 Мисс Лоусон торопилась сделать все как следует. Суетилась, приносила и переставляла тарелки на столе. Чарльз порывался помочь ей, но она с благодарностью отказывалась. После чая все решили выйти в сад. Мисс Лоусон подошла к Бэлле и заговорила с ней о детях. Миссис Таниос была в плохом настроении, но тут же оживилась, начала весело щебетать, найдя в Минни отличную слушательницу. В этот момент в саду появился светловолосый молодой человек, с приятным лицом, в пенсне. Он выглядел довольно смущенным. Мисс Арунделл вежливо поздоровалась. А Тереза, крикнув: «Здравствуй, Рекс!» — схватила его за руку и увела. Чарльз сделал гримасу и поплелся поболтать с садовником о былом. Когда мисс Арунделл снова вошла в дом, племянник уже играл с Бобом. Собака стояла на верху лестницы, держа в зубах мячик, и довольно помахивала хвостом.

 — Подойди сюда, дружок, — скомандовал Чарльз. Боб начал носом подталкивать мячик вперед. Когда ему это удавалось, он прыгал, довольный собой. Наконец мячик покатился по ступеням. Чарльз схватил его и подбросил вверх. Боб, аккуратно поймав мяч, бросился вверх по лестнице. Представление продолжалось. Эмили улыбнулась.

 — Собака может заниматься этим целыми часами, — заметила она и направилась в гостиную. Чарльз — за ней. Боб призывно залаял.

 Племянник глянул в окно:

 — Посмотрите, тетя! Тереза со своим воздыхателем. Странная пара, правда?

 — Ты думаешь, здесь что-нибудь серьезное? — спросила она.

 — О, сестра от него без ума, — ответил Чарльз уверенно. — Странный, однако, вкус, но здесь есть что-то необычное. По-моему, он смотрит на Терезу как экспериментатор. К тому же беден, как церковная мышь. А сестрица привыкла к роскоши, — продолжал племянник.

 — Но у Терезы есть свой доход, — возразила мисс Арунделл.

 Гости и хозяева собрались к ужину в столовой. Не было только Чарльза. Вдруг все услышали крики и возню на лестнице, затем в столовую вбежал Чарльз:

 — Извините, тетя, я опоздал. Ваш пес не отпускал меня, почти заставил снова играть с ним.

 — Веселый малыш, — заметила мисс Лоусон, наклоняясь приласкать Боба.

 Но собака не проявила ответных чувств.

 — Пожалуйста, Минни, пойдите возьмите мяч с лестницы и унесите, — заметила хозяйка, — а то он не успокоится.

 После ужина, попрощавшись, Эмили направилась в свою комнату. Мисс Лоусон, неся шерсть и очки, большую вельветовую сумку и книгу, сопровождала хозяйку. Повернувшись к ней, Эмили распорядилась:

 — Не забудьте снять ошейник с Боба!

 …Утром, когда женщины вернулись из церкви, супруги Таниос были уже в гостиной. Брат и сестра отсутствовали. К завтраку они так и не появились. Когда же мисс Арунделл села, углубясь в расчеты, появился Чарльз:

 — Извините за опоздание, тетя Эмили. А Тереза еще не проснулась.

 — В половине одиннадцатого завтрак заканчивается. В моем доме все придерживаются порядка, — сказала мисс Арунделл.

 Чарльз с улыбкой уселся рядом с тетушкой. Улыбка, как всегда, была обворожительной. Эмили, расчувствовавшись, улыбнулась ему. Ободренный таким знаком внимания, Чарльз тут же решил воспользоваться моментом:

 — Послушайте, тетушка, простите, что беспокою вас, но я совсем без денег. Могли бы вы помочь мне? Всего-то и нужно сотню.

 Выражение лица тетушки резко изменилось. Эмили Арунделл не стремилась скрывать свои мысли и высказалась напрямик…

 Мисс Лоусон, пробегая через холл, почти столкнулась с Чарльзом, выходящим из гостиной. Нагнув голову, он ускорил шаг. Мисс Арунделл с пылающим лицом застыла в кресле.

Комментарии